Публикации О проблеме самоидентификации Евразийского сообщества

Апрель 10, 2021by admin
Формирование в 90-х годах ХХ века однополярного мира привело к гегемонии ценностной системы западных обществ, которую многие страны с переходной экономикой стали попросту копировать. Преобладание на мировой арене одной единственной ценностной системы автоматически сводило к нулю старания многих наций по самоидентификации. Те страны, которые стремились сохранить конкурентоспособность своих экономик, обеспечивать условия для жизнестойкости существующих ценностных систем, а также самобытность духовно-нравственной сферы общественной жизни становились сторонниками формирования биполярного, или даже многополярного миропорядка с альтернативными ценностными системами. На наш взгляд, именно с этих позиций следует рассматривать и вопрос создания объединения государств на значительной части постсоветского евразийского пространства, которая призвана обеспечить чистоту национальных систем ценностных ориентаций. Тем более, что для этого имеются определенные предпосылки. Ведь кроме приблизительно одинакового уровня социально-экономического развития у народов этих стран наблюдается и очень важная общность, доставшаяся в наследство от советских времен – политическая ментальность. Ярким свидетельством этому является отношение народов и правительств к вопросу о праздновании 70-летия победы в Великой Отечественной войне. Это событие образовало невидимый водораздел между различными этническими и социальными группами. Одни из них, подчеркивая приоритет общегуманитарных ценностей, связали эту дату с победой над нацизмом в целом. Другие же, наряду с этим, придерживались верховенства общенациональных ценностей и праздновали победу именно в Отечественной войне за освобождение своей бывшей Родины. В основе такого явления лежит различное мировосприятие и различное видение правительствами разных стран будущего своих государств. Одни из них, стараясь полностью перенять западные ценности, связывают строительство демократического общества с англо-саксонской традицией демократии, которая на первый план выводит защиту прав индивида. Другие же народы демократичность общества видят в том, насколько оно обеспечивает процесс самоутверждения нации. Субъектом демократии, в данном случае, является не индивид, а прежде всего сообщество. К демократии относится не экспансивное осуществление и расширение свобод и прав индивида, а существенное право народа самому решать свою судьбу и демократически строить свой образ жизни согласно собственным представлениям, во многом разнящимся от западной системы ценностей. Современные проблемы демократических реформ в транзитных обществах объясняются именно противоречиями между двумя различными пониманиями принципов демократии. Может быть, именно в этой плоскости следует искать основу для самоидентификации народов в границах Евразийского союза. На наш взгляд, попытки связать идентичность наших народов с некой славяно-тюркской генетической общностью, что является одним из краеугольных камней классического евразийства, не могут привести к успешному разрешению этой проблемы. С одной стороны, это ограничивает ареал дальнейшего расширения Евразийского союза за счет других народов, принадлежащих к другим культурам. С другой – подтачивает основы принципов функционирования многоконфессионального и мультикультурного сообщества. Между тем, история наших стран выдвинула другой рецепт для совместного общежития, который базировался не на этнической, а на социально-нравственной основе. Приведем пример, опять же связанный с итогами Второй мировой войны. Переоценка ценностей в 90-е годы привела к тому, что многим ветеранам войны приходилось, почти извиняясь, оправдываться за участие в войне на стороне якобы “чужого” государства. Для одних переходных обществ до сих пор это считается предательством национальных интересов, для других пустой “тратой энергии”, а в лучшем случае для третьих – защитой человечества от коричневой чумы. Ветеранам приходилось искать “оправдание” за свое участие в войне. В одних государствах эта попытка провалилась, в других – наконец-то были найдены спасительные “аргументы”. В частности в Армении с подачи историков героическая борьба армянского народа в годы войны преподносится в качестве стремления защитить армянскую землю от готовящегося наступления Турции. Несмотря на наличие таких планов у Турции (о которых практически никто не знал) граждане Армении, как и граждане других республик в абсолютном большинстве шли защищать свою единую Родину. При этом такие понятия как нация или народность не воспринимались в качестве приоритетных: люди шли в едином строю с представителями “советского народа”. Как не хочется многим нашим политологам замечать это обстоятельство, однако истина состояла именно в этом. Порыв такого патриотизма позволил армянскому народу, как и многим другим, вступить в войну с самой большой армией в своей истории и дать ради Отечества неимоверное количество жертв. Сегодня нам следует не “убегать” мелкодушно от исторической правды, а находить все то ценное и значимое, что было в нашей истории, естественно отвергая при этом все негативное. В этом и состоит значимость справедливого осмысления истории, извлечения уроков из прошлого и трансформирования ее позитивных аспектов в будущее. В конце концов, народы, стремящиеся к восстановлению исторической справедливости, не могут сами предвзято относиться к своей истории, искажать ее в угоду политической конъюнктуре. Как показывает история, единство народов, переживших советское время, но не чувствующих себя ущемленными в эти годы, может и должно опираться на наднациональную идею. Она, в свою очередь, не только не может предусматривать стирания и ликвидации национальных культур, языков и обычаев, как это делалось во всех империях, а должна объединять народы вокруг имеющей политическое звучание социально-нравственной цели. Такая цель содержится в концепции евразийства. Евразийская концепция противопоставляет частное и индивидуальное всеобщему, направлена против “европоцентризма”, а также против насильственного навязывания какого-либо образа жизни и мышления другим. С момента своего возникновения евразийская идея была сориентирована на сохранение идентичности народов и неприятие пусть даже имеющих общечеловеческое значение, но все же “трафаретов” и “образцов поведения”, распространенных в западных обществах. По утверждению евразийцев, ни один нормальный народ в мире, особенно народ, организованный в государство, не может добровольно ассимилироваться пусть даже с “совершенным” народом. Объединенная Евразия обещает большую свободу в развитии, чем может дать любая, даже самая мощная современная империя. Если сохраняются и развиваются национальные культуры, то сохраняются и развиваются уникальное мировоззрение и навыки, характерные для каждого народа. В интеграции Евразии нет никаких целей противопоставления каким-либо государствам или силам в других частях мира. Более того, развивается понимание, что участие в процессах интеграции в Евразии может быть выгодно для стран весьма удаленных от нее. Как видно, такая трактовка концепции евразийства, по сути, очень демократична, толерантно относится к выбору различных народов относительно своего политического развития, что сегодня трудно встретить у представителей либерально-демократического крыла. Ведь у многих из них наблюдается однобокая трактовка демократии, связывающая ее с абсолютизацией прав индивида (то есть “частного”), иногда идущая вразрез с “общими” интересами, а иногда и ущемляющая права “большинства”. Такая трактовка демократических принципов не может выделяться толерантностью по отношению к традиционным обществам, в которых, по мнению западных политологов, традиции ограничивают права и свободы индивидов. Естественно при этом не принимается во внимание волеизъявление самого народа, может быть именно стремящегося жить в соответствии с существующими традициями. Как следствие – стремление навязать (иногда насильственно) свои подходы народам, “не понимающим” всю ценность западной индивидуалистической трактовки демократии. Таким образом, можно с уверенностью констатировать, что из двух существующих традиций демократии (индивидуалистической и континентально-коллективисткой) евразийским народам наиболее близка коллективистская трактовка. Именно на ней следует делать акцент относительно строительства будущего демократичного общества. Это уже не проявление “суверенной демократии”, или “консервативного либерализма”, или даже “народной демократии”. Такое направление можно охарактеризовать как “традиционную демократию”, освобождающую путь для истинно свободного выбора народами своего пути развития, не ограниченного никакими трафаретами и тем более догмами и нормами якобы “общегуманного” поведения. Вместе с тем оно подчеркивает значимость морально-нравственных, этических норм, рассматривает общественный прогресс как необходимый, но “безболезненный” процесс эволюционного развития человеческого сообщества, а также способен объединить всех граждан вокруг традиционных ценностей. Такая цель не позволяет растерять народам свою самобытность и лишиться возможности самовыражения, что, в конечном счете, может негативно сказаться на процессах самоидентификации и ограничить их существование уже на периферии мира чуждых ценностей. АШОТ ЕНГОЯН Доктор политических наук, доцент Член Ассоциации политической науки Армении, Заведующий кафедрой теории и истории политической науки ЕГУ, Член Евразийского экспертного клуба